Романы «Сладостно и почетно» и «Ничего кроме надежды» завершают масштабную тетралогию Юрия Слепухина о Второй мировой войне, которую многие называют «Войной и миром» XX столетия. Как и в предыдущих романах («Перекресток» и «Тьма в полдень»), в их основе лежит опыт лично пережитого. Действие в романе «Сладостно и почетно» разворачивается в Германии. В центре повествования – «заговор генералов» 1944 года, покушение на Гитлера и попытка государственного переворота. И хотя война показана почти исключительно глазами немцев, немалую часть сюжета занимает описание судеб «восточных рабочих», насильно вывезенных из СССР. Среди них и героиня «Перекрестка» Людмила Земцева, случайное знакомство которой с одним из заговорщиков – офицером вермахта – перерастает в большое, сильное чувство. В романе «Ничего кроме надежды» рассказывается о последнем этапе войны и крушении Третьего рейха; впервые в советской литературе описывается жизнь «остарбайтеров» (к которым принадлежала и семья Слепухиных) в немецких трудовых лагерях. В романе неожиданным образом сходятся судьбы героев, которых война провела по пути от романтических ожиданий до осознания беспощадной действительности, разрушившей все, кроме надежды.
Isais про Кратт: Великий океан (Историческая проза)
08 05
Проверил по оглавлению книги 1959 г. изд.: "Часть четвертая" и "Часть первая", которые якобы отсутствуют, -- фиктивные сущности. Их НЕТ.
Т.е. этот файл содержит полный текст двухтомного романа.
Анни-Мари про Демина: Леди, которая любила лошадей (Любовная фантастика)
07 05
pulochka, мышки плакали, но продолжали жрать кактус. Вы уже не впервые жалуетесь, как вам не нравится язык Деминой, да насколько вам трудно воспринимать текст, и вот мрачно, понимаешь. Вопрос: зачем мучиться и читать, если оно не заходит? Страдания очищают?
Isais про Робертс: Королевский гамбит [The King's Gambit ru] (Исторический детектив)
07 05
То же место в то же время, что и в цикле Ст. Сейлора "Roma sub rosa" -- те же исторические персонажи и события, заговоры и убийства. Но как же скуууууушно по сравнению с Сейлором! Оценка: неплохо
Никос Костакис про Вязовский: Кодекс врача [litres] (Альтернативная история, Попаданцы)
05 05
– Полиция бы сразу доложила, – покачала головой княгиня, подошла к одной из икон. – Смотрите, Евгений Александрович! Какая тут древняя роспись
__________
Княгиня (!) называет иконы росписью.
Окультуренная княгиня.