Четверухин, Александр Серафимович (1946—2009) — советский и российский лингвист, единственный русский египтолог-лингвист, специалист по языку Текстов Пирамид, по староегипетскому синтаксису, по истории именного предложения в афразийских языках, по языку коптских гностических папирусов, соавтор И.М.Дьяконова в работе над афразийским этимологическим словарем.
Его жизнь была настолько ужасна и закончилась в такой безвестности, что, пожалуй, нужно назвать судьбу Четверухина самой тяжелой судьбой востоковеда в послелагерный период истории нашей ориенталистики. Началась она, впрочем, именно с лагеря. Александр Серафимович родился 12 сентября 1946 года в воркутинском лагере, где находился его отец, писатель Серафим Ильич Четверухин. На всю жизнь у него остались привычки и выражения старых зэков, хотя он жил в Воркуте только до десяти лет. Осталась и ненависть ко всему советскому и коммунистическому. В 1965 году Четверухин, ранее уже перебравшийся с родителями в Ленинград, поступает на отделение египтологии Восточного факультета ЛГУ. Уже на младших курсах открывается его яркий лингвистический талант - но одновременно и тяжелый, неуступчивый характер. Блестящий выпускник оказался по окончании университета в 1970 году никому не нужен. На кафедру его не захотел взять Петровский, в Институте востоковедения категорически против приема Четверухина в аспирантуру был Перепелкин. Если последний просто перестраховывался, боясь брать в ученики человека с лагерной биографией, то Петровский, вполне возможно, почуял в своем студенте серьезного конкурента. Неизвестно, как бы сложилась судьба Александра Серафимовича, если бы не Игорь Михайлович Дьяконов. Дьяконов придумал взять египтолога Четверухина в свою большую группу составителей афразийского словаря. Так Александр Серафимович попал на работу в петербургский филиал Института востоковедения. Но, попав на работу в институт, он так никогда и не попал в аспирантуру. Несмотря на странный статус научного сотрудника без степени, в коем он находился всю свою жизнь, Четверухин стал единственным в России знатоком староегипетского языка. Он сам рассказывал мне, что питерские коллеги его не любили, и он ездил в Москву доучивать египетский у Коростовцева. Там, в Москве, он обрел истинных своих друзей и коллег - лингвистов-компаративистов и египтологов (среди которых нужно особо выделить О.И.Павлову), с которыми ему можно было по-человечески общаться и продуктивно работать. Тем не менее, в Москву он не переехал, потому что в Ленинграде был Дьяконов, всячески направлявший его научные поиски. 80-90-е годы стали временем расцвета четверухинского таланта. Он составил грандиозную картотеку по лексике и морфологии пирамиды Унаса, а потом и по языку других пирамид. Он написал и опубликовал по-английски целую серию статей по дейктико-релятивным частицам в афразийских языках, по происхождению египетских глаголов, связанных с органами чувств и с мышлением. В конце 90-х Четверухин начал обобщать свои огромные знания по истории именного предложения в афразийских языках, привлекая для исследования вопроса арабские грамматические трактаты высокого средневековья и еврейские трактаты о сравнении древнееврейского языка с арабским. В это же время Александр Серафимович переводит и комментирует коптские гностические папирусы, издает в своем переводе и со своими дополнениями немецкую классическую грамматику коптского языка. Немало сделано им для публикации и осмысления лингвистических работ выдающегося коптолога П.В.Ернштедта, толстый том трудов которого выпущен под редакцией Четверухина еще в 1986 году.

Основные направления научной деятельности А.С.Четверухина посвящены исследованию египетского языка: проблем огласовки египетского письма, морфологии, синтаксических функций служебных слов. Он издал ряд работ по проблемам синтаксиса египетского именного предложения. Под руководством И. М. Дьяконова участвовал в составлении «Сравнительно-исторического словаря афразийских языков» и занимался исследованием ряда проблем египетской и афразийской грамматики с позиций различных отделов общего языкознания. Занимался подготовкой к изданию и переизданию трудов некоторых отечественных и зарубежных исследователей: в 70-е годы подготовил к изданию работы коптолога П. В. Ернштедта «Исследования по грамматике коптского языка».

В 1990-е - 2000-е гг. А.С.Четверухин опубликовал ряд переводов классических трудов по египтологии и коптологии. Его редакторская работа над ними отнюдь не ограничивалась формальностями: предисловия, комментарии, всевозможные замечания по содержанию книги носят отпечаток эрудиции и профессионализма египтолога-лингвиста и представляют самостоятельную научную ценность. В последние годы им было опубликовано две монографии. Одна из них содержит публикацию в транскрипции и переводе раннего коптского гностического произведения: «Сочинения гностиков в Берлинском коптском папирусе 8502».

Другая монография: «Древнейшее афразийское именное предложение: проблемы анализа и реконструкции. Часть I: Становление термина „именное предложение“. Том I: История термина „именное предложение“», - является первым итогом многолетних исследований А.С.Четверухина в области синтаксиса египетского именного предложения. Она является своеобразным введением в проблему исследования структуры афразийского именного предложения в свете истории его изучения на примере арабской грамматики. Вторая часть этого исследования осталась в рукописи.

http://banshur69.livejournal.com/124617.html

http://www.orientalstudies.ru/rus/index.php?option=com_personalities&Itemid=74&person=224