Аннотация

В новогоднюю ночь с Анной произошло чудо: ей наконец-то позвонил Олег – мужчина, о котором она непрерывно думала последние полгода. Он пригласил Анну срочно приехать в Америку, чтобы принять участие в экспедиции. Организатор мистер Грин надеется найти в джунглях таинственный город индейцев майя, а в нем колодец девственниц, куда индейцы приносили в жертву девушек в течение многих столетий. Там должны быть просто залежи золотых украшений… Как ни странно, они находят и город, и колодец, и золото. Но за все нужно платить! И цена в этой сделке – жизни членов экспедиции. Они погибают таинственным образом один за другим. И Анне предстоит понять – что это: обыкновенное человеческое предательство или гнев чужих богов. И это ей по силам, ведь Анна не простая смертная, она обладает необычным даром…
Ранее роман выходил под названием "Гнев чужих богов"

Из истории известно: Чтобы задобрить богов, использовались очень красивые девушки. Правда, их с пирамид не бросали - для них была уготовлена иная участь. Древний город Чичен-Ица в Мексике славился тем, что к нему сходились паломники со всей Америки и просили у священного колодца (так называемого "Колодца смерти") избавить их от засухи. Если колодец оставался глух к молитвам, то в дар ему приносили прекраснейшую девственницу . Задача - найти особу, которая понравилась бы богам) возлагалась опять же на жрецов. Во время очередной засухи жрецы и их помощники выискивали среди местного населения красивых девушек. Затем устраивался праздник наподобие конкурса красоты, на котором выбирали всеобщим голосованием "божью избранницу". Девушка должна была быть хороша не только лицом, но и телом.
В назначенный день народ собирался на площади у пирамиды "Пернатого змея". Здесь обнаженную девушку сажали в закрытый катафалк, украшенный цветами, и под пение жрецов, бой барабанов и вой рогов, изготовленных из морских раковин, процессия отправлялась к священному колодцу. Тут катафалк открывали и под тот же грохот и вой "божью избранницу", дрожавшую отиспуга, обводили вокруг колодца, дабы бог видел все прелести своей невесты и мог их по достоинству оценить. Затем ее одевали в красивый свадебный наряд, осыпали лепестками роз и мака и бросали в 60-метровый колодец. После этого начиналось всеобщее ликование, вернее, гуляние на "бо жьей свадьбе", с пожеланиями друг другу скорейшего дождя. Если же засуха продолжалась, жрецы находили другую невесту, но бросали ее не в колодец, а в жертвенное озеро. В нем, в подводном дворце ЮмКаша, жил бог дождя ЧакМооля.
Эти "свадьбы" продолжались одна за другой, пока не наступал сезон дождей...

...В эту минуту в его палатке послышалась какая-то возня, но Анна больше не беспокоилась. Наверняка перебирает свои сокровища, все никак насмотреться не может. Надо же, что с людьми делает золото! Раньше она считала, что «золотая лихорадка» – это просто миф, а оказалось – это самая настоящая болезнь.
Билс все не возвращался. В палатке поляка было тихо, потом она услышала довольно громкий звук, как будто что-то тяжелое упало на земляной пол. «Да что он там, совсем спятил?» – рассердилась Анна. Она вдруг испугалась, что странный парень надумал сбежать, прихватив золото. И бог бы с ним, с золотом, но ведь пропадет в джунглях человек. Хоть и паразит, а жалко.
Девушка решила проверить, что он там делает.
Она решительно повернулась и зашагала в нужном направлении. Палатка, в которой жил Марек, находилась немного в стороне, всего в каких-нибудь десяти шагах от остальных, но ее скрывало большое дерево. Так захотел сам Марек, заявив, что нуждается в уединении и гвалт, постоянно царящий в лагере, его раздражает. Никому и в голову не пришло возражать странному парню, и с тех пор палатка стояла немного на отшибе.
Анна обогнула дерево и сразу же увидела палатку Марека. Она была слабо освещена изнутри. На парусиновой стенке четко выделялся силуэт сидящего в кресле человека. Ну, так и есть. Марек и не думал ложиться спать. Сидит себе преспокойно.
Девушка немного помедлила. Ей не хотелось разговаривать с Мареком, его вечно недовольный тон действовал ей на нервы. Она уже решила вернуться к себе, но в последний момент передумала и подошла вплотную ко входу.
– Марек! – негромко позвала она. – Марек, у тебя все в порядке?
Никто не ответил.
«Вот засранец! Делает вид, что не слышит. Надо же иметь такой отвратительный характер! Ну, я тебе сейчас устрою!» – сердито подумала Анна и, уже не колеблясь, вошла внутрь. Уперев руки в бока, она собралась высказать заносчивому типу все, что о нем думает, но слова застряли у нее в горле.
Керосиновая лампа, стоящая на полу, отбрасывала на стены палатки причудливые тени. Света было вполне достаточно, чтобы разглядеть сидящего спиной ко входу, в складном кресле, Марека. Сначала Анна подумала, что он уснул в кресле, охраняя свои сокровища. Почему-то ей пришла на ум строчка из поэмы Пушкина: «...царь Кащей над златом чахнет...» Но она не улыбнулась, вспомнив этот отрывок, так как в следующую секунду сделала неприятное открытие: в данном случае Кащей зачах-таки, причем окончательно и бесповоротно.
Марек сидел, как-то странно сгорбившись, словно стал меньше ростом. Руки его безжизненно повисли, как будто отделились от плеч, а голова склонилась на грудь.
Анна могла видеть его только со спины и заметила, хотя и не сразу, что верхний шейный позвонок Марека, выпятившись, сильно натягивал кожу на затылке, и в этом месте его тонкая, как у ребенка, шея казалась переломленной.
Стараясь унять дрожь и зажимая рот руками, чтобы не заорать во весь голос, Аня заставила себя обойти кресло, чтобы взглянуть на лицо поляка. У нее еще теплилась надежда, что все странности в его облике – всего лишь игра света, но, когда она увидела неестественно выпученные глаза, обнажающие белки и смотрящие на нее сердито, даже злобно, сомнения рассеялись.
Марек был мертв.
Кто-то сломал ему шею.
Анна судорожно вдохнула воздух и отвела глаза от трупа. Ее взгляд наткнулся на ящик с сокровищами, стоящий прямо напротив кресла. Она знала здесь каждую вещицу, так как помногу раз рассматривала их. С самого верха лежали обсидиановые ножи, предназначенные для жертвоприношений. Анна машинально пересчитала их и остолбенела: ножей было не пять, как раньше, а только четыре! Она посмотрела на мертвого Марека, словно надеялась, что он ответит ей, куда подевался пятый нож. Неожиданно он так и сделал. Конечно, он не произнес ни слова, ведь мертвые ужасно молчаливы, но теперь она вдруг увидела то, чего не заметила сразу: в груди Марека, прямо в сердце, торчал пятый нож. Его вогнали по самую рукоятку.

Впечатления о книге:  

Прочитавшие эту книги читали: